ВОЗНИКНОВЕНИЕ ДРЕВНЕРУССКОЙ НАРОДНОСТИ

 

 

Русская земля в литературе древней Руси. Сознание единства Русской земли и народа в памятниках устного народного творчества

 

Русская земля в литературе древней Руси — это не юридическое, не абстрактное государственное понятие, а своя, близкая, родная земля, это— богатство, добытое трудом народа, это — весь «христианский», т. е. русский, народ. Это то, что обнимается высоко значимым понятием родины . Глубокая любовь русского народа к своей стране, непоколебимое мужество в борьбе за ее независимость стали основой развития народной былинной патриотической идеологии  и проникли в памятники литературы.

 

Особенно ярко проявилось сознание единства Русской земли и народа в памятниках устного народного творчества. По словам А. М. Горького, «от глубокой древности фольклор неотступно и своеобразно сопутствует истории» . Источниками устной словесности русского народа служили народные предания, былины, легенды, связанные с местными памятниками прошлого, семейные предания и дружинная поэзия. Летопись сохранила устные рассказы Вышаты и Яна Вышатича, наполненные патриотическим содержанием. В тексте летописи запечатлены и дружинные песни, в которых нашла свое отражение идея воинской чести.

 

Яркие образы Русской земли мы находим в древних летописных памятниках. Заглавие летописного свода начала XII в.— «Се повести времяньных лет, откуду есть пошла Русская земля, кто в Киеве нача первее княжити, и откуду Руская земля стала есть» , указывает на то, что летописец поднимает большую историческую тему об образовании Русского государства.

 

Глубоким патриотизмом звучат в передаче летописи слова князя Святослава, с которыми он обращается к дружине, призывая ее лучше погибнуть за Русскую землю на поле брани, чем испытать позор поражения: «Да не посрамим земле Руские, но ляжем костьми ту, мертвый бо срама не имам, аще ли побегнем, срам имам; и не имам убе- жати, но станем крепко, аз же пред вами пойду, аще моя глава ляжет, то вы промыслите о собе» .

 

О Русской земле, ее «женах» и «сыновьях» говорит «Повесть временных лет», отмечая культурное значение принятия христианства.

 

В похвале князю Владимиру Святославичу, помещенной в летописи в связи с рассказом о происшедшем при нем крещении Руси, также подчеркивается его культурная роль: «Колико добра створил Русьстеи земли, крестив ю»  . Продолжателем дела Владимира, по летописи, явился его сын Ярослав. Сравнивая деятельность обоих князей, летописец замечает: «Отец бо его... (Ярослава.— Ред.) землю взора и умягчи, рекше крещеньем просветив; сь же (Ярослав.— Ред.) насея книжными словесы сердца верных людии, а мы пожинаем, ученье приемлюще книжное»  .

 

Говоря об усобицах и войнах между князьями, «Повесть временных лет» проводит мысль о целости под властью великих князей киевских Русской земли, раздираемой междукняжеской борьбой. Мысль о вреде феодальных распрей, губящих Русскую землю, проходит и через летописный рассказ о «ряде» умирающего князя Ярослава своим сыновьям. Летописец приписывает ему следующие слова: «Аще ли будете нена- видно живуще, в распрях и которающеся, то погыбнете сами и погубите землю отець своих и дед своих, иже налезоша трудомь своимь великым, но пребывайте мирно послушающе брат брата» .

 

 

Княжеские феодальные войны облегчают половцам их нападения на Русскую землю — вот мысль, к которой неоднократно возвращается летописец. «Почто вы распря имате межи собою, а погании губять землю Русьскую»;— обращается к князьям от имени «смысленных мужей» летописец в 1093 г.  Тот же призыв прекратить распри во имя блага Русской земли повторяется под 1097 г., при описании съезда князей в Любече. «Почто губим Русьскую землю, сами на ся котору деюще, а половци землю нашю несуть розно, и ради суть, оже межю нами рати; да ныне отселе имемся в едино сердце и блюдем Рускые земли» .

 

Аналогичная тема развивается и дальше, в рассказе летописца о том, как после Любечского съезда был ослеплен князь Василько.

 

В качестве «идеального» князя в летописном изображении выступает Владимир Мономах, проявляющий в обращении к другим князьям заботу о Русской земле, гибнущей от княжеских усобиц, которые обессиливают ее и мешают защищаться от половцев. «И начнеть брат брата закалати, и погыбнеть земля Руская, и врази наши, половци, при- шедше, возьмуть земьлю Русьскую» Укор князьям, пренебрегающим благом Русской земли, причиняющим ей зло, звучит в обращенных к Владимиру Мономаху словах киевских граждан: «Молимся, княже, тобе и братома твоима, не мозете погубити Русьскые земли; аще бо возмете рать межю собою, погании имуть радоватися и возьмуть землю нашю, иже беша стяжали отци ваши и деди ваши трудом великим и храбрьством, побарающа по Русьскеи земли, ины земли приискы- ваху, а вы хочете погубити землю Русьскую» . Летописец ставит в заслугу ослепленному Васильку его желание выступить против половцев во славу Русской земли. «Да любо налезу собе славу, а любо голову свою сложю за Русскую землю»,— говорит Василько князьям Святополку и Владимиру Мономаху .

 

Резко отрицательную характеристику дает автор «Повести временных лет» противнику единства Руси под властью киевских князей князю Олегу Святославичу черниговскому, осуждая его за то, что он неоднократно приводил на Русскую землю половцев. «Се уже третьее наведе поганыя на землю Русьскую... занеже много хрестьян изгублено бысть, а друзии полонени и расточени по землям» . «За землю Русскую» молится Феодосий, игумен Киево-Печерского монастыря, одного из центров древнерусского летописания.

 

С мыслями о Русской земле, патриотическими стремлениями сохранить ее целость переплетается у киевских книжников стремление прославить местных великих князей как поборников «общего блага» всей Руси. Гордость за Русскую землю чувствуется в «Слове о законе и благодати» Илариона. «Слово» представляет собой похвалу князьям Русской земли, прославленной во всем мире. Иларион рисует образ князя Владимира Святославича, «внука стараго Игоря, сына же славнаго Святослава, иже в своя лета владычествующа, мужеством же и храбрьством прослувша в странах многих, и победами и крепостию поминаются ныне и словут»  . Вспомнив храбрость и мужество киевских князей, Иларион заканчивает похвалу настоящим гимном в честь Русской земли, которая завоевала себе признание во всех странах. «Не в худе бо и не в не- ведоми земли владычьствования, но в Русской, яже ведома и слышима есть всеми конци земля» . Возвеличив далее «славный град» Киев, Иларион кончает свое «Слово» молитвой за Русскую землю, выражая глубокую уверенность в том, что она никогда не сделается достоянием врагов и русский народ никогда не будет порабощен чужеземцами:

 

«Да не назовется град твой градом плененным и стадо твое пришельцами в земле не своей... Государей наших сделай грозными народам, бояр умудри... мужей, жен и детей спаси, находящихся в рабстве, в пленении...»

 

«Сказание о Борисе и Глебе» идейно близко летописной повести на аналогичную тему. Князья Борис и Глеб, погибшие от руки своего брата Святополка, в изображении автора «Сказания» выступают в качестве поборников единства Русской земли, ее защитников от вражеских нападений. «Вы бо тем и нам оружие... земля Руския забрала, и утвержение, и меча обоюду остра, има же дерзость поганьскую низлагаем и дьяволе шатание в земли попираем» .

 

О Русской земле говорит Владимир Мономах в своем «Поучении» детям и в письме князю Олегу Святославичу черниговскому. Слова: «А Руськы земли не погуби», «добра хочю братьи и Русьскей земли» свидетельствуют о том, что тема о единстве и целостности Руси являлась одной из наиболее актуальных тем политической литературы XI—XII вв.

 

Высоким патриотизмом отличается литературное произведение начала XI в.— «Хождение» в Палестину игумена одного из южнорусских монастырей Даниила. Автор называет себя игуменом «Русския земля», а не какого-то определенного монастыря. С разрешения иерусалимского короля Болдуина он ставит лампаду над «гробом господним» «за вся князя наша, и за всю Русскую землю, за вся християна Руския земли». Он водружает также «кандило на гробе святемь от всея Русьскыя земля» . На далекой чужбине русский патриот сохраняет неугасающую память о своей родине.

 

Таким образом, ряд литературных произведений с несомненностью свидетельствует, что в это время уже сложился русский народ, отличавшийся общностью территории. Сознание этой общности проявляется прежде всего в представлении самого народа о единой Русской земле. Высказывания о ней русских книжников отражают эти представления. Известная территориальная общность населения Руси отразилась и в памятниках древнерусского права. Так, договор Руси с Византией 944 г. заключен «от Игоря, и от всех боляр, и от всех людий страны Русьския» . Основной древнерусский юридический сборник носит название «Русская Правда».

 

 

К содержанию раздела: История Древней Руси

 

 

Смотрите также:

 

Древняя Русь. Русская история   Древнерусские города