История гипноза

 

 

 «ЧУДЕСНЫЕ ИСЦЕЛЕНИЯ» в ХРИСТИАНСТВЕ

 

 

 

 

Огромную роль миф о «чудесных исцелениях» занимает и в позднее возникших религиях, в частности — в христианстве, которое с самого своего появления окружило ореолом всесильного врачевателя Иисуса Христа. Среди многих чудес, о которых повествуется в евангелиях, исцеления занимают первое место. В одной только восьмой главе Евангелия от Матфея говорится об исцелении слуги сотника благодаря сказанному Христом: «иди и, как ты веровал, да будет тебе», об исцелении прокаженного прикосновением руки Иисуса, об исцелении горячки, а также о том, как «к нему привели многих бесноватых, и он изгнал духов словом и исцелил всех больных».

 

Вечером того же дня Христос исцелил еще двух «весьма свирепых» бесноватых, переселив из них бесов в стадо свиней. «И вот, все стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде». В этом и других евангелиях рассказывается также об исцелениях слепых и немых, о мгновенном избавлении от кровоточивости женщины, страдавшей этим заболеванием в течение двадцати лет, о многочисленных исцелениях расслабленных.

 

За Иисусом Христом ходят всюду толпы слепо верующих в него людей, слава о творимых им чудесах опережает его самого. Люди толкаются, силясь пробиться поближе к нему, тянутся со всех сторон, чтобы коснуться его одежды. Сам Иисус, как свидетельствуют тексты Нового завета, использует силу зажженной им веры. Он говорит столпившимся вокруг него людям, жаждущим исцеления: «по вере вашей да будет вам» (Евангелие от Матфея, гл. 9, ст. 29).

 

Эти слова привлекли наше внимание прозвучавшей в них долей подлинной правды о «чудесах» исцеления. Вера — да это фактически то же самовнушение, о реальной значимости которого писал Ж.-М. Шар- ко (подробнее читатель узнает об этом из третьей части книги). Да, это именно доля, часть, момент истины. А рядом и приукрашения, и преувеличения, и чистая фантастика, миф или оставшееся непонятным... Читаем и перечитываем текст и видим мозаику, смесь реального и придуманного, смесь несовместимых и вместе с тем трудноразделимых вещей.

 Исцеление прикосновением королевской руки. Надпись на французском языке гласит: «Король к тебе прикасается, бог тебя исцеляет».

 

Неразделимый сплав реального и несуществующего— наихарактернейшая черта всех священных текстов (естественно, не только христианской, но и других религий— ислама, буддизма и т. д.). Вымысел и правда, небыли и были в них сосуществуют отнюдь не мирно. Пышно разукрашенный вымысел ищет себе в скромной правде опору, он питается ею, за счет нее растет в силе своего воздействия на сознание и души людей. Ведь те реальные, вполне правдоподобные (они так же были возможны в евангельские времена, как повторяются и сегодня в будничной обстановке всех психотерапевтических клиник мира) «чудеса» исцеления больных словом врачевателя не просто нечто реальное. Это одни из самых желанных, страстно ожидаемых событий, жизненно нужных и больным, и их близким, и даже совершенно посторонним людям, ибо они и им несут надежду — «потребуется — и меня спасут». Такое соседство, такая опора для легенды и крылья и огонь. Эта реальность, тонко вплетенная в вымысел, способствует распространению веры вширь, во все стороны, и возжигает эту веру, увеличивает ее интенсивность и глубину воздействия. Неприметно для сознания того, кто увлеченно слушает вероучителя или сказания о нем .

 

Ладислав — святой покровитель страдающих эпилепсией. (Старинное изображение)

и его делах, вымышленное подменяет правдивое, а затем и просто подминает его. И там, где должно отыскиваться ясное знание того, почему и как совершается исцеление, кажущееся «чудесным», возгорается вера в существование и темное всемогущество «сверхъестественных» сил, сил далеких и необъятных, недоступных простому смертному, парящих вне времени и пространства, вне мира людей, над этим миром. Нет, ими нельзя овладеть, их можно только молить о помощи. Надежда, конечно, хоть какая-то надежда, но как она мала, как принижает представление человека о самом себе.

Поэтому пусть и трудно разделять миф и реальность, определять, где — одно и где — другое и какова пропорция между ними, делать это необходимо. Специалисты многих отраслей знания настойчиво и кропотливо анализируют и религиозные тексты и историю их создания. Сообщим вам, дорогие читатели, о тех находках, которые к нашей собственной профессии имеют лишь косвенное отношение, но с вопросами, нами разбираемыми, связаны прямым образом.

 

Исследователи истории христианской религии установили, что создание ее основ занимает период от середины I века до второй половины IV века н. э. Их данные говорят о том, что начало, развитие и окончательное оформление христианского вероучения явилось плодом исканий нескольких поколений мыслителей и деятелей разных религиозных общин. Нетрудно представить себе, что искания эти происходили не в уютной тиши кабинетов, а перед лицом неисчислимых человеческих мук и страданий, порожденных рабством.

 

Поэтому есть достаточные основания думать, что среди ревностных искателей средств духовной помощи страдальцам, доходившим до полного отчаяния из-за непосильного труда, душевных и телесных мук, постоянных оскорблений и унижений их человеческого достоинства, были люди страстной целеустремленности, бескорыстно и до конца посвятившие себя своему делу, люди, которых с полным правом следовало называть подвижниками. Разумеется, среди них было немало тех, кто готов был принять крестную муку во имя утверждения кровью сердца добытой моральной истины, во имя мудрой мысли, которой они мечтали поделиться с другими, чтобы помочь несчастным.

 

Рисуемый в евангельских сказаниях образ Иисуса Христа олицетворил и вобрал в себя многие — и достоверные, и приукрашенные, и вымышленные черты жизни и деяний таких искателей, проповедников, подвижников. В его образе воплощен итог, обобщение их жизненного и, как мы привыкли говорить теперь, творческого опыта, трудного, расцвеченного (а порой и искаженного) острой религиозной фантазией и вместе с тем изобилующего глубокими нравственными размышлениями. Этот мифологический образ выкристаллизовался из жизни, он рожден самой историей. Он побуждает исследователей искать и анализировать, что в нем следует отнести к фантазии, что к реальности, а что и к обусловленной той же историей тенденции адаптировать и этот образ, и вложенные в уста Христа поучения и заветы применительно к интересам поработителей.

 

Однако пора вернуться к нашей собственной теме: какие же вкрапления истины есть в евангельских преданиях о чудесах исцеления? Что расслышали мы в словах «По вере вашей да будет вам»? Для нас они звучат как факт, показывающий, что уже в те давние времена целители словом отдавали себе ясный отчет в одном из главнейших условий успешности такого лечения. Это условие — глубокая внутренняя настроенность больного на восприятие фактора, от которого он ждет выздоровления. Со времен Шарко и Бернгейма (подробнее об этом смотрите в третьей части книги — «Путь к познанию начал») эта изнутри рождающаяся настроенность именуется самовнушением. Не менее важно, чтобы это самовнушение подкреплялось и усиливалось воздействиями той среды, в которой существовал больной, и той конкретной обстановки, в которой совершалось исцеление. Иными словами, чтобы имело место и сильное внушение со стороны других людей. Естественно, что огромное значение здесь приобретало и то, как на такое внушение действовала слава, обгонявшая вероучителя, передававшиеся из уст в уста, взволнованно звучавшие рассказы о совершаемых им чудесах, рассказы, как правило, сопровождавшиеся сенсационными сообщениями о самых невероятных подробностях исцелений, жадно выслушиваемые, порождавшие горячую надежду обрести здоровье.

 

На таком благоприятном фоне как было не совершиться выздоровлению, в том случае, если дело шло о заболевании, поддающемся лечению психическими средствами (об этом подробнее см. в четвертой части — «Лечение словом») и если больной с таким заболеванием был еще и повышенно восприимчив к внушению!

Вера в возможность «чудесного, божественного» исцеления усиленно разжигается всеми религиями и в наши дни.

Уже более ста лет одним из самых известных и популярных мест религиозного поклонения в католической церкви является французский город Лурд.

 

«Не только Франция, вся Европа, весь мир пускался в путь, и в некоторые годы особенного религиозного подъема там бывало от трехсот до пятисот тысяч человек». И далее: «Приток даяний не прекращался, золото текло рекой, кругом вырос целый город. Это было основанием нового культа. Желание исцелиться — исцеляло, жажда чуда — творила чудеса. Человеческие страдания, потребность в утешительной иллюзии создали бога жалости и надежды, чудесный потусторонний рай, где всемогущая сила чинит правосудие и распределяет вечное блаженство на веки веков».

 

Так писал в 1894 году знаменитый французский писатель Эмиль Золя в романе «Лурд».

Шумная слава прежде тихого и маленького городка началась в 1858 году, когда местная жительница истеричная девочка Бернадетта Субиру рассказала, что, собирая хворост у ручья, она увидела в глубине темного грота сияющее «видение». Под влиянием наводящих вопросов местного кюре Пейрамаля она стала впоследствии утверждать, что разглядела облик девы Марии, объявившей ей, что отныне вода, вытекающая из Масабиельского грота, станет чудотворной и будет исцелять тех больных, кто заслужит своей безграничной верой милость божьей матери.

 

Разумеется, недостатка в желающих избавиться от болезней не оказалось, и «жажда чуда творила чудеса». Молва о первых исцелениях вскоре распространилась по всей Франции. Духовенством было объявлено, что богородица повелела, чтобы у целительного грота была сооружена посвященная ей часовня. В 1864 году на собранные многочисленные пожертвования в Лурде был воздвигнут один из богатейших храмов Европы. Высоко в небо взметнуло свои шпили беломраморное сооружение, материализованный символ слепой веры и призрачной надежды измученных болезнями страдальцев!

 

На широкую ногу поставило духовенство, в предвидении огромных доходов, громковещательную рекламу. Специальным эдиктом папы римского Лурд был объявлен официальным местом ежегодного паломничества католиков.

В рассказах о лурдских «чудесах» очень много вымышленного, недостоверного и раздутого, но несомненно одно: в Лурде, как и в других подобных местах фанатичного поклонения, происходили и происходят избавления отдельных больных от заболеваний или улучшения в их состоянии и самочувствии. Конечно, такого рода излечения касаются только определенных болезней, а именно вызванных функциональными, истерическими расстройствами. С этими нервными нарушениями обратимого характера в тех случаях, когда они по истечении некоторого времени не проходят сами, без особого труда может справиться психотерапевт, к тому же не обременяющий психику своих больных, и без того легкоранимую, дополнительными нагрузками, которые неизбежно влечет за собой экзальтированная атмосфера фанатичных молений.

 

Основа лурдских «чудес» — продуманная система всестороннего и последовательного влияния на психику больного человека с начала движения от дома паломника до вожделенно ожидаемого места исцеления. Из сказанного нами выше нетрудно понять, что естественные причины возникающих при таких условиях отдельных исцелений — это доведенные до крайних пределов внушение и самовнушение, которые вкупе со всей обстановкой святилища способствуют возникновению гипнотического состояния или, в отдельных случаях, гипноидных фаз в коре головного мозга, что, в свою очередь, усиливает степень внушаемости человека.

 

Ну, а как же сложилась судьба Бернадетты Субиру?

С ней поступили по крылатому выражению Ф. Шиллера: «Мавр сделал свое дело, мавр может уйти!»

Бернадетта своей непосредственной искренностью обращала на себя слишком большое внимание, отвлекала паломников от проповедей духовенства, и — что, пожалуй, главное — пастыри церковные так невыгодно контрастировали своим расчетливым ремесленным бездушием с экстазом ее детской чистой веры, что сочли за благо укрыть «святую» от посторонних глаз за толстыми тюремными стенами монастыря. А так как и оттуда эта, по выражению Золя, Жанна Д'Арк XIX века продолжала излучать покоряющее обаяние своих мечтаний о доброте и всепрощении, была она волею высших духовных чинов тайно помещена в больницу приюта для бедных. Она и на самом деле становилась все более больной. У нее участились — особенно в условиях монастырского затворничества — истерические переживания религиозного характера. Вот по этим причинам теперь о ней и постарались забыть, проявив верх жестокости и бессердечия. Когда старший брат затворницы после долгих лет поисков случайно узнал о том, где находится кумир их семьи—божественная Бернадетта, он нашел ее на убогой койке больницы для бедных умирающей от чахотки.

 

Вот и вся история крестьянской девочки Бернадетты Субиру. Той наивной простушки, из которой забил гейзер экстатической фанатичной веры, наэлектризовавшей сонмы людей, кристальный гейзер, который духовенство скоро превратило для себя в золотой источник, бьющий уже век для обогащения католического Лурда— этой, как сказал французский писатель Жан Бонеф- фан, «величайшей фабрики шантажей и обмана».

 

В православной церкви издавна существует обычай «врачевать» любые болезни молитвами, которые, по многу раз повторяя, читает священник над страдающими различными недугами прихожанами. В церковном требнике имеется богатый набор таких «врачевательных» молитв. Некоторые молитвы числятся пригодными для всех случаев, они так и именуются «на всякий вид болезни», другие же имеют более узкое назначение, например, «молитва над главою болящему», «молитва над кровию многою текущею из носа», «молитва над болезнью руки ног».

 

Широко была распространена раньше вера в то, что исцелять могут иконы (особенно так называемые «явленные») и мощи «святых угодников». Недужные и страждущие со всех концов страны тянулись, чаще всего пешком, кто в Киево-Печерскую или в Троице-Сергиеву лавру, кто в Соловецкий монастырь или на остров Валаам, кто в Саровскую пустынь. Повсюду в этих слывших «чудотворными» местах происходило то же самое, что делается и в Лурде,— служились торжественные молебны о ниспослании исцелений, после которых жажду - щие чуда с горячей верой в милосердие господне прикладывались к иконе или месту погребения мощей божьих заступников, страстно моля их о выздоровлении. Слухи росли и множились, привлекая новых людей, ищущих сверхъестественного спасения от недугов. Как и во всех прочих историях с «чудесными исцелениями», здесь бывало все: совершенно вымышленные россказни < и мнимые, умышленно подстроенные «исцеления». Бы-

вало и такое: больному казалось, что наступило выздоровление, и он радостно оповещал об этом всех, но, вернувшись домой, чувствовал себя по-прежнему плохо. Естественно, встречались и отдельные случаи, когда болезненные симптомы истерического характера, порою и тяжелые, исчезали. Но всегда научный анализ находит истинные, вполне естественные причины, о которых мы уже говорили выше, сыгравшие роль целительных факторов. Однако никогда не бывало, чтобы при поклонении «чудотворной» иконе излечивались органические параличи, обусловленные разрушением нервных клеток головного или спинного мозга и их проводящих путей, а равно и тканевые поражения любых органов вследствие травмы, инфекционного заболевания или каких- либо других причин, вызывающих структурные их разрушения.

 

Можно привести много примеров, когда надежда на «чудесные исцеления» не только никого не избавляла от болезни, а, наоборот, способствовала самому тяжелейшему исходу. Множество больных, из века в век уповавших на божественную силу и милость, горячо молившихся и ставивших свечи, вместо того чтобы вовремя обратиться к врачу, в конечном результате безнадежно запускали свою болезнь. Отправляясь в долгое и изнурительное путешествие, больные паломники еще больше подрывали свой и без того ослабленный организм и нередко погибали, не дойдя до цели или на обратном пути.

Но и поныне, даже в нашей стране, вера в возможность «чудесного исцеления» не угасла, и часто люди, склонные к этим предрассудкам, на себе испытывали их губительные последствия.

 

За каменной оградой Троице-Сергиевой лавры и в наши дни можно стать свидетелем картины, вызывающей чувство горького сожаления о людях, находящихся в плену вековых суеверий. В надкладезной часовне неизменно толпятся ищущие исцеления от воды здешнего «святого» источника. К стекающим с темно-серого мраморного креста струям протягивают бидоны, кружки, банки. Одни тут же пьют «чудотворную» воду, другие обмывают ею лицо, льют за воротник. На лицах выражение умиления и напряженного ожидания, что если не сию минуту, то в ближайшее время исчезнет недуг, вернутся бодрость и сила, сбудутся самые радужные надежды. Господь одарит их здоровьем...

 

 

 

 Смотрите также:

 

Чудеса святых

Во времена гонений на христианство святые мученики, претерпевая истязания от гонителей, получали благодатную помощь — они не горели в огне, выходили невредимыми из кипящего олова, орудия пыток рассыпались в руках мучителей...

 

Нетленные мощи

С первых же веков христианства начинаются сказания о нетлении тел.
Эти чудесные явления, и особенно чудодейственные исцеления, иногда так бывают поразительны, что свидетели их из неверующих обращались ко Христу и делались истинными христианами.

 

Реинкарнация. Вера в переселение душ в раннем христианстве

Начиная исследовать роль реинкарнации в христианстве, я исхожу из другой предпосылки.
Упоминая о современных авторах, признающих реинкарнацию в христианской традиции, можно назвать имена таких деятелей, как Джон Дж.

 

9.1. медицина в христианской культуре

Медицина средневековой Европы развивалась в христианской культуре.
Исторические параллели: Христианство влияло на развитие не только медицины, но и науки в целом.