ДРЕВНИЙ КЛИМАТ

 

Эоценовая эпоха, эоцен

 

 

В течение эоценовой эпохи (54—37,5 млн. лет назад) тропические условия господствовали на значительной части Евразии, в Северной и Южной Америке, Австралии и Африке ( 5.9). В морских бассейнах тропической области происходило усиленное осаждение карбонатов. Особенно распространены разнообразные органогенные известняки (коралловые, нуммулитовые, форамини- феровые, мшанковые, гастроиодовые, пелециподовые, брахиоподо- вые). В мелководных зонах располагались крупные береговые и барьерные рифы. Наиболее крупные рифы находились на севере Египта, в Колумбии, Венесуэле, в бассейне Тетис, на юге США, в Индонезии, на островах Карибского бассейна и на востоке Австралии.

 

Тропические моря нормальной солености характеризовались богатством бентосной и планктонной фаун, среди которых ведущая роль принадлежала фораминиферам (нуммулиты, ассилины, аор- тофрагмины) и кораллам. Нуммулиты, как и остальные крупные фораминиферы, обитали в мелководных частях теплых морей. Ареал нуммулитов довольно обширен. Они обитали не только в бассейне Тетис, но и в прилегающих эпиконтинентальных морях, располагавшихся не месте современной Европы, Южной Сибири, Индонезии, Малайи, Австралии, Новой Гвинеи, Африки, Северной Америки (штаты Алабама, Миссисипи, Арканзас, Техас) и Южной Америки (Венесуэла, Колумбия).

 

С областями распространения нуммулитов совпадает ареал колониальных кораллов. Северной границей их распространения в Западной Европе является Англо-Парижский бассейн, на востоке Азии — острова Кюсю и Сикоку. В Америке колониальные кораллы известны на побережье Мексиканского залива, в морях Колумбии и Венесуэлы, а в Африке они распространялись вплоть до Капского бассейна. Остатки колониальных и одиночных кораллов известны в Австралии (бассейн Карнарвон).

 

Совместно с нуммулитами и колониальными кораллами обитали разнообразные орбитоиды. Несмотря на то что в Новой Зеландии в течение всего эоцена обитали орбитоиды и тропические рода Carpenterio, Asterigerina, Amphistegina, Penezoplis, нуммулиты отсутствуют, а колониальные кораллы появились в среднем эоцене.

Как известно, колониальные кораллы обитают только в тропических морях, а одиночные кораллы проникают в более умеренные воды и могут опускаться на значительные глубины. В современную эпоху кораллы, не образующие крупные колониальные постройки, встречаются в Японском море на 35° с. ш., где средняя годовая температура понижается до 10—12 °С, а отдельные виды одиночных кораллов известны на глубинах до 500 м при средней годовой температуре 6—7° С (Норвежское море).

 

Ввиду того что кораллы кайнозоя и мезозоя экологически и морфологически близки к современным, границы распространения колониальных кораллов с определенной долей вероятности можно считать границами тропического пояса. По мнению В.М. Синицына [80], нуммулиты имели более широкий ареал и мигрировали в субтропический пояс и их температурной границей являлась изотерма морской воды, равная 18 °С. В морях тропического пояса кроме нуммулитов, орбитоидов и колониальных кораллов обитали разнообразные морские ежи, двустворчатые моллюски и брюхоногие моллюски, достигавшие большого видового и родового разнообразия.

 

Для областей тропического пояса получены наиболее высокие значения палеотемператур. По данным Ю. Тиволье и Р. Летолля [178], в Англо-Парижском бассейне в эоцене средние температуры составляли (25 ± 3) ° С. К. Аллегре с соавторами [108] по соотношению изотопов кислорода в раковинах нуммулитов эоцена и олигоцена Аквитании установили изменения температурного режима от 29—31 0 С в начале эоцена до 23° С в начале олигоценовой эпохи. И. Деверо [129, 130] на основе изотопного анализа кальцитовых раковин двустворчатых моллюсков и планктонных фораминифер Новой Зеландии считает, что в конце раннего эоцена температуры составляли 19—20° С, а в середине и особенно в конце эоцена они повысились до 22 ° С.

 

По данным Р. Дугласа и С. Савина [134] и Ц. Эмилиани [137, 138], при изучении изотопного состава раковин планктонных фораминифер эоцена в колонках Тихого океана получены следующие результаты: в Тихом океане на современном экваторе средняя температура в эоцене достигала 27° С, на 20° с. ш. — 19° С, на 40° с. ш. — 22° С. В Атлантике на широте 60° с. ш. температура равнялась 24° С, а в Индийском океане на 60° ю. ш. она составляла всего 17° С [37].

 

Несмотря на единичные определения палеотемператур по морям Северо-, Южно-Американского и Африканского континентов, они тем не менее дают общее представление о термическом режиме этого интервала. В пределах тропического пояса на севере Колумбии средние температуры достигали 27°С, на юге Аргентины—20 °С, на Тихоокеанском побережье США — 22—25 °С, на Атлантическом побережье США —20—25 °С. В Южной Африке средние температуры в эоцене, как правило, превышали 20 °С. .Близкие значения получены для раннего эоцена Канады (22— 25°С) и среднего эоцена Кореи.

 

Более полные данные о температурном режиме в эоценовую эпоху имеются для территории Советского Союза. Температуры, полученные изотопным методом по раковинам нуммулитов Ерге- ней и Нижнего Поволжья, оказались очень высокими и колебались в пределах 26—34,5° [60]. Более низкие значения установлены методом магнезиальное™. По данным Н. Н. Бархатовой и соавторов [6, 7], температуры среды обитания нуммулитов раннего эоцена Армении составляли 20—24 °С, Крыма — 24—25 °С, Мангышлака — 17,5—23°С, Северного Прикаспия — 22—25°С. В среднем эоцене температуры в Армении колебались от 17,5 до 24 °С, в Крыму —от 19 до 23 °С, на Мангышлаке — от 18 до 24 °С, в Северном Прикаспии — от 22 до 25 °С. Температуры по нуммулитам на территории Венгрии оказались равными 24—25°С в раннем эоцене и 21—25°С в среднем эоцене.

 

По магнезиальности раковин крупных форманифер и двустворчатых моллюсков (устрицы, пектиниды и т. д.) определены температуры в различных районах Советского Союза [102,104,105]. В раннем эоцене наиболее высокие температуры установлены для Крыма (23,5 —25,5 °С), Грузии (24—26°С) и Малого Кавказа (25 °С). На южной периферии Восточно-Европейской платформы температуры поверхностного слоя морей были высокими и колебались от 23 до 26°С. На Мангышлаке по раковинам Amphidonta зафиксированы температуры 18,5—20 °С, а по Gryphaea в Афгано-Таджикской впадине — около 21 °С.

 

В среднем эоцене температуры морских бассейнов юга СССР постепенно повышались, что, в свою очередь, вызывало значительное расширение ареала теплолюбивой фауны. В Крымском бассейне температуры, установленные по нуммулитам, достигали в бассейне Центральной Абхазии 27—28 °С, по орбитоидам они составляли 21—23 °С, в центральной части Грузинской глыбы — 26—27 °С, в Аджаро-Триалети — 25—26 °С, а на Малом Кавказе — 24—26 °С.

 

Особенно значительное повышение температуры на юге СССР произошло в позднем эоцене. В это время в Крымском бассейне температура достигала 27 °С, а в Закавказье — 26—27 °С. Близкие результаты получены по раковинам острей Северного Кавказа (26—28 °С). На юге Восточно-Европейской платформы температура среды обитания нуммулитов составляла 25—26°С, а двустворчатых моллюсков — 23—25 °С.

 

Высокие температуры характерны для бассейнов Средней Азии, хотя и были установлены по кальцитовым раковинам двустворчатых моллюсков, как правило обитавших в сравнительно глубоких частях. Вместе с тем температуры, полученные по раковинам моллюсков из прибрежных зон, существенно не отличались от температур среды обитания нуммулитов. В юго-восточной части Туркмении средние температуры среды обитания острей колебались в пределах 22—24,5°С. Аналогичные значения температуры получены по органогенному кальциту из раковин Pectuticulus, Pseudoliva Иргизского района (23—25,5 °С).

 

На востоке Средней Азии, в Ферганской и Афгано-Таджикской впадинах в позднем эоцене температура поверхностного слоя мелководных участков также оказалась сравнительно высокой (21,5°С). В южной части бассейна Западной Сибири температурные условия поверхностного слоя воды существенно не отличались от температур Туранского и Среднеазиатского бассейнов, тем более что в эоценовую эпоху и особенно в конце ее связь этих бассейнов стала особенно тесной. На юге Западной Сибири температура среды обитания устриц достигала 20—21,5°С, а на востоке- 19,5-20,5 °С.

 

В пределах тропического пояса по режиму выпадения атмосферных осадков и увлажнения выделяются секторы аридного, переменно-влажного и равномерно-влажного климата. В северных аридных секторах, охватывающих Мексику, Центральную Америку, Средиземноморье и север Африки, в течение эоценовой эпохи господствовали условия с большим дефицитом влаги. О сухости климата свидетельствует плохая окатанность и сортирован- ность обломочного материала, присутствие в терригенной части большого количества неустойчивых к выветриванию минералов, малая распространенность глин и преобладание пролювиальных и дельтовых фаций. Для аридных ландшафтов характерно существование сильно разреженного растительного покрова с абсолютным преобладанием ксерофильной растительности. Наряду с экстракарбонатными формациями значительным распространением пользуются гипсоносные и карбонатные континентальные красноцветы, сульфатно-карбонатные и соленосные отложения. Последние известны на Кубе, в Алжире, Египте и на Аравийском полуострове. В областях с аридным климатом формировались зернистые и оолитовые фосфориты (Марокко, Алжир, Тунис, Ливия, Египет).

 

В периферических частях аридных областей увлажнение постепенно возрастало и условия становились переменно-влажными. На палеоклиматической карте эоцена под переменно-влажными областями подразумеваются территории, на которых в начале эоцена господствовали аридные условия, а в конце эоцена они сменились гумидными. Такого типа климат существовал на юго- западе США, на севере Мексики, в Северной и Южной Африке и на юге Евразии.

 

В области переменного увлажнения на Северо-Американском континенте формировались как красноцветные гипсоносные полимиктовые терригенные толщи, так и песчано-глинистые пестроцветные отложения, содержащие значительную примесь растительного детрита, прослои и линзы углистых глин и пласты бурого угля. Если в начале эоцена в лагунах осаждались гипсы и ангидриты, то позднее стали формироваться органогенные осадки. Их континентальным аналогом являлись пестроцветные осадки, содержащие пласты углей.

 

Условия переменного увлажнения в Евразии господствовали на юго-западе Испании, в Южной Франции и Центральной Азии. Основанием для выделения областей переменно-влажного климата Евразии послужило присутствие прослоев каменных солей среди карбонатно-терригенных отложений в Испании (Каталония, Бургос), Парижском бассейне и Центральной Анатолии и наличие гипсоносных осадков в Парижском бассейне. Совместно с индикаторами аридного климата в юго-западной Европе распространены осадки, обогащенные растительным углеродом и содержащие пласты бурых углей (Парижский бассейн, о. Сардиния). В составе глинистых толщ значительную роль играет каолинит. Кроме того, растительные остатки представляют собой смесь ксерофильной и мезофильной флоры (фикусы, сандаловые, пальмы, лавры, миртовые, акации, кедры, кипарисы, подо- карповые).

 

В Центральной Азии в течение эоцена господствовали условия переменного увлажнения. В Северном Казахстане, на юге Сибири в раннем эоцене существовали переменно-влажные условия, а в середине эоцена климат стал равномерно-влажным [104].

В областях с переменно-влажным климатом гипсоносность отложений проявляется локально, снижается карбонатность песчано-глинистых континентальных осадков, увеличивается количество глин, возрастает роль гидроокислов железа. Наряду с про- лювиальными фациями все возрастающую роль играют аллювиальные (пойменные, русловые и старичные), дельтовые и бассейновые фации. В последних присутствуют остатки растений и позвоночных.

 

В то время как в Центральной Азии коры выветривания имеют гидрослюдистый состав, а в осадках имеются включения карбонатных конкреций и выделения гидроокислов железа, во внешней части переменно-влажного сектора Евразии (Северный Казахстан, юг Сибири) при более высокой влажности образуются бескарбонатные красноцветы, каолинит-гидрослюдистые и каоли- нитовые коры выветривания, иногда с минералами свободного глинозема. В конце раннего и начале среднего эоцена в ряде районов начинают формироваться латеритные коры выветривания. Переотложение продуктов выветривания и дополнительная переработка осадочного материала привели к образованию осадочно- элювиальных месторождений бокситов в Северном Казахстане (Аркалык), на юге Западной Сибири, в Нижнем Приангарье и Западном Прибайкалье.

 

В областях переменного увлажнения общее количество атмосферных осадков составило 500—800 мм/год, а продолжительность сухого сезона — 3—4 мес. В периферических зонах условия увлажнения улучшались. В конце среднего эоцена общее количество атмосферных осадков достигало 1200—1500 мм и распределялось более или менее равномерно в течение года [80].

 

В течение раннего и среднего эоцена низменности Северного Казахстана, юга и Алтае-Саянской области покрывались влаго- и теплолюбивыми лесами. Платановые, ниссовые, миртовые и сандаловые деревья произрастали вдоль морских побережий и в широких речных долинах и образовывали заросли типа гале- рейных лесов. В позднем эоцене на юге Казахстана, в Средней Азии, Афганистане, восточной части Монголии и в Восточной Алашани ландшафты напоминали современные саванны, В наиболее увлажненных местах располагались галерейные леса, состоящие из стеркулий, сапотовых пальм, цезальпиний, кононие- вых, ниссовых, а на водоразделах росли ксерофиты — эфедра, лавр, восковниковые, сумаховые, мальвоцветные. Распространенная на юге Средней Азии бадхызская флора сходна с современными галерейными лесами, произрастающими в условиях переменной влажности. Средние годовые температуры и количество атмосферных осадков, исходя из коэффициентов термофильности и ксерофильности, составляли соответственно 20—24 °С и 500— 800 мм/год.

 

В позднем эоцене в Казахстане и на северо-востоке Китая обитала своеобразная фауна, состоящая из бронтотерий, амино- донтов, тапирообразных, антрокатерий, энтелодонтов и халико- терий. По мнению В. М. Синицына [80], эта фауна эквивалентна долинному комплексу современных саванн и обнаруживает сходство с фауной болотных лесов Индо-Малайской зоогеографиче- ской области. Современные экологические аналоги бронтотерие- вой фауны обитают в условиях тропического климата со средними годовыми температурами не ниже 20 °С.

 

Между аридными и переменно-влажными областями северного и южного полушарий располагались области с влажным экваториальным климатом. Морским бассейнам северной и северо-восточной частей Южно-Американского континента, Центральной Африки и Индо-Малайской области свойственны наивысшие концентрации карбоната кальция (экстракарбонатная формация) и развитие крупных рифовых построек. На низменных морских побережьях произрастала растительность мангрового типа. Остатки этой растительности представлены низкорослой бесстебельной пальмой типа нипа. Ее современные аналоги произрастают на Индо- Малайском архипелаге в устьях рек и на болотистых низменных побережьях, находящихся в зоне действия приливов. Температуры воздуха и воды в течение года высокие, в пределах 24—28 °С. В более удаленных от морских побережий низменностях росла близкая по экологическим особенностям к современной растительность влажных экваториальных лесов.

 

Развитие увлажненных низменных ландшафтов и обилие растительной массы способствовали формированию угленосных отложений. Мономинеральные пески и глины каолинитового состава, обогащенные растительным детритом, переслаиваются с пластами углистых глин и бурых углей. Угленосные отложения эоценового возраста в экваториальном поясе известны на Ямайке, в Венесуэле, Колумбии, Бразилии, Гвинее, Камеруне, Индии, Бирме, Непале, на Суматре, Калимантане и на севере о. Ява.

Обилие влаги и высокие температуры способствовали интенсивной переработке горных пород, выходящих на поверхность. На выровненных пространствах формировались мощные коры выветривания латеритного типа и образовывались крупные покровы латеритных (элювиальных) бокситов. Латеритные покровы известны на Южно-Американском континенте (бассейн р. Амазонки, Суринам, Гайана, Гвиана), в Африке (Гвинея, Камерун, Нигерия, Гана) и в Индии (Деканское плато, Кашмир, Джамму). Осадки континентальных седиментационных бассейнов представлены кварцевыми песками с каолинитовым цементом, каолинитовыми и бокситовыми глинами с обильными выделениями гидроокислов железа в виде оолитов и конкреций. Красноцветы и иестроцветы отличаются от аридных аналогов полным отсутствием неустойчивых к выветриванию минералов, высоким содержанием высокоглиноземистых глин, отсутствием извести и гипса.

 

Экваториальный влажный климат в эоцене господствовал и в Северной Австралии. В шельфовых морях, особенно на северо- востоке Австралии, располагались крупные рифовые массивы, аналогичные современным барьерным рифам'. На континентальных пространствах произрастали влажные тропические леса такого же тина, как и на Индо-Малайском архипелаге и в экваториальной части Африки. Интенсивное выветривание приводило не только к образованию мощных латеритных кор выветривания, материал размыва которых концентрировался в бассейнах седиментации, но и к образованию крупных покровов элювиальных бокситов. Латеритные покровы и почвенные накопления пизоли- товых и оолитовых бокситов известны на побережье современного залива Карпентария (месторождения Гоув, Вейна).

 

Тропические равномерно-влажные условия в северном полушарии существовали в США, Европе, Центральном и Северном Китае, Монголии, Корее и Японии. На Северо-Американском континенте в условиях высоких температур (средние годовые температуры 20- -25°С) и увлажнения образовались коры выветривания каолинитового и латеритного типа. Продукты размыва участвовали в формировании осадочно-элювиальных залежей бокситов и разнообразных высокоглиноземистых толщ, распространенных в Алабаме, Джорджии и Арканзасе. Имеются пойменные и озерные красноцветы и пестроцветы с высоким содержанием железа, а терригенные фракции обладают олигомиктовым и мономиктовым составом. В местах обильного увлажнения и заболачивания формировались угленосные сероцветные осадки. Они известны в Миссисипском, Техасском бассейнах, в штатах Вайоминг, Колорадо, Ныо-Мексико, Вашингтон, Орегон, Калифорния. В пределах низменностей и на низких водоразделах произрастали влажные тропические леса с небольшой долей участия субтропических широколиственных.

 

В Евразии известны экстракарбонатная, терригенная олиго- миктовая, глинистая каолинитовая, угленосная и кремнистая формации. Отличительной чертой песчано-глинистых отложений является не только олигомиктовый и мономиктовый состав, но п высокая степень отсортированности. Обилие кремнезема, гидроокислов железа и глинозема в осадках связано с интенсивными процессами выветривания на суше. Продукты их размыва концентрировались в разнообразных понижениях рельефа (карстовые депрессии, овражно-балочные системы, речные долины и прибрежные зоны озер). В благоприятных ландшафтно-климатиче- ских условиях терригенный материал подвергал дополнительной переработке и благодаря этому образовались многие оса- дочно-элювиальные и осадочные месторождения бокситов на Украинском массиве, в Тургае и на юге Западной Сибири.

 

Растительность в тропической области Евразии была вечнозеленой. Основную роль играли толстолистные фикусы, сандаловые, гваяковые, веерные пальмы, бананы, драконовые, каменные деревья и древовидные папоротники. Растительность по экологическим особенностям близка к современной флоре Малайского архипелага, произрастающей в условиях высоких средних годовых температур с общим количеством атмосферных осадков, не менее 1500 мм/год. Плакорные пространства покрывались лесами из лавров, миртовых, жасмина, акаций, магнолий, сассафросов, каштано- дубов, вечнозеленых дубов, кедров и кипарисовых.

 

В Европе и Северном Китае обитала бронтотериевая фауна. Представители этой фауны являлись обитателями влажных заболоченных низин.

 

В южном полушарии влажные тропические условия существовали на юге Южно-Американского континента, в центральной части Австралии и, возможно, на крайнем юге Африки. В Южной Америке распространены песчано-глинистые олигомиктовые и мономиктовые отложения, обогащенные растительным детритом, с прослоями углистых глин и пластами бурого угля. Континентальные ландшафты покрывались вечнозеленой тропической растительностью, состоящей из разнообразных пальм, стеркулиевых, биено- ниевых, фикусовых и др.

 

В Австралии и на Новой Зеландии в условиях влажного тро- / пического климата формировались пестроцветные олигомиктовые и сероцветные угленосные песчано-глинистые отложения. Высокие температуры и влажность способствовали образованию лате- ритного профиля выветривания. На низменностях росли тропические влажные леса.

 

Субтропический пояс в эоценовую эпоху располагался в более высоких широтах, чем в современную эпоху. В северном полушарии субтропический влажный климат господствовал на севере США и на юге Канады, на севере Западной Сибири, в центральных районах Сибирской платформы и на Дальнем Востоке. В южном полушарии субтропический климат свойствен южной оконечности Южно-Американского континента, Южной Австралии и, возможно, Антарктиде. Наряду с сероцветными угленосными толщами в этих районах формировались пестроцветные осадки. Терригенная часть представлена олигомиктовыми и мезомикто- выми песчаниками, а глины имели гидрослюдисто-каолинитовый состав. Наибольшим распространением пользуются разнообразные фации обводненных ландшафтов. Среди морских осадков карбонаты отходят на второй план и преобладающее значение имеют кремнистые и песчано-глинистые формации. Причем в последних наряду со свободной кремнекислотой присутствуют многочисленные оолиты гидроокислов железа, лептохлорит, шамозит, сидерит и глауконит.

 

В северном субтропическом поясе произрастала влажная теплолюбивая растительность. Наряду с пальмами на территории Южной Аляски росли эвкоммиевые, глиптостробус, ореховые, буковые, граб, лавровые, миртовые, мениспермовые и др. В современную эпоху аналогичная растительность произрастает в областях со средними годовыми температурами 12—18°С.

 

В центральной части Евразии росли субтропические широколиственные и хвойно-широколиственные леса. Наряду с вечнозелеными (мириковые, миртовые, падуб, пальмы) были широко представлены секвойи, глиптостробусы, кипарисы, кедры, туя, таксодиум, троходендрон, магнолия, дуб, каштан, гикори, грабы, орехи, клен, липа. В современную эпоху перечисленные лиственные формы произрастают как в субтропическом, так и в умеренном климате.

 

Температуры, определенные по карбонатным раковинам двустворчатых моллюсков, обитавших в морях субтропического пояса, оказались равными 15—18°С.

В Антарктиде среди песчано-глинистых пород обнаружен богатый спектр растительных остатков. Здесь встречены араукарии, южные буки, протейные, пальмы, теннаптерис, лавровые. Это дает основание считать, что в Западной Антарктиде лесная растительность имела субтропический облик. В Восточной Антарктиде в это время произрастали так называемые нотофагусовые леса, в которых основной лесообразующей породой являлись представители южных буков, широко распространенные в Южной Австралии.

 

Умеренно-холодный и умеренный климаты в течение эоценовой эпохи существовали только в северном полушарии. Относительно низкие средние годовые температуры (около 10—15°С) господствовали на северо-западе Северо-Американского континента и на северо-востоке Евразии. Основная роль среди морских осадков принадлежала терригенно-глинистым формациям. Карбонат- ность материала слабая. Преобладают олигомиктовые, а чаще полимиктовые пески, иногда с довольно высоким содержанием глауконита, каолинитово-гидрослюдистые глины и сероцветные угленосные песчано-глинистые полимиктовые отложения. Угленосные осадки распространены на Аляске, в Канаде (Британская Колумбия, Манитоба, острова Хейзен, Аксель, Хейберг, Элсмир), в Яно-Индигирском районе и бассейне рек Пенжина и Анадырь.

 

Растительный покров, судя по остаткам флоры в Северном Верхоянье, на Новосибирских островах и в бассейне р. Индигирки, состоял из хвойных и широколиственных. Его основа — ореховые, дубовые, клены, березы, гикори, троходендроны и единичные представители платанов и ликвидамбаров. Последние росли в районах со средними январскими температурами 3—5°С, средними июльскими 26—28 °С и годовой суммой атмосферных осадков около 1200 мм. Несмотря на то что такие условия являются наиболее оптимальными для произрастания ликвидамбара, его слабое развитие в растительном покрове северо-восточной Азии позволяет считать, что средние годовые температуры были довольно низкими, не превышающими 8—14 °С. Этому не противоречит распространение глауконита среди прибрежно-морских осадков Камчатско-Корякской области. Климат суши, контактирующей с ареалами глауконитообразования, характеризуется средними температурами летних месяцев 22—26°С и средними зимними — около О °С.

 

Среди глинистых осадков умеренного пояса каолинитовые разности встречаются довольно редко. В южных частях умеренного пояса распространены глины каолинитово-гидрослюдистого состава, а в северных преобладающая роль принадлежит монтмориллониту, гидрослюдам и хлориту.

 

 

 Смотрите также:

  

Палеореки волжско-камского бассейна. усоль-река

Эоценовая же эпоха на Урале «была временем регрессии, связанной с крупными
Но в пределах Усть-Игумского пятна эоцена, на левом берегу Яйвы, дырчатые кварциты отсутствуют.

 

Антропогенез (от антропо... и генез), процесс...

66 млн. лет назад и представленный 3-мя эпохами (палеоцен, эоцен и олигоцен), неоген, начавшийся ок. 25 млн. лет назад и включающий 2 эпохи (миоцен и плиоцен)...

 

Геологические эры Земли. Концепция современного естествознания

эоцен (54—38 млн лет).

 

эволюция от обезьяны к человеку была исключительно быстрой.

Вот как Геккель описывал появление отличий в эволюционной линии человека; «Из древнейших плацентарных (Placentaria) в третичную эпоху (эоцен) возникли низшие приматы...